Previous Entry Share Next Entry
Путешествие по налибокам: пуща, горы, слёзы, джипы и гробик с вокзалом.
Ромашка
antoshk
Как я уже писал, в Беларуси масса мест, которые можно посетить на выходных. Одно из таких мест – Налибокская пуща. Но, в прошлый раз и пущи было маловато, и барахтанья в снегу много и вообще никакой связи с альпинизмом. К тому же за два дня мы и двадцати километров не прошли. Перед друзьями такими результатами не похвастаешься.

На этот раз, ещё до отъезда я поведал Косте своё видение следующего похода. Костя, говорю я ему, давай на этот раз без выкрутасов. Без бродов там всяких, по дорогам, или хотя бы тропинкам. Больше пройдём, больше посмотрим. И вообще, отдохнем, наконец. Что мы как лоси-то.
И вот, с утра пораньше мы приехали в Теребейное – деревню, находящуюся на восточных окраинах Налибокской пущи. Женя, на этот раз, от такого заманчивого мероприятия отказался, а больше мы никому и не предлагали. Так и пошли, вдвоём.





Как только зашли в лес – ветер сразу стих, стало жарко, и я даже снял пуховку. А Костя ничего снимать не стал, ему как раз стало тепло в его ветровке. Всё-таки разный у нас подход.

Шли мы дороге, идущей сквозь пущу, разговаривали, и тут, чёрт побери, лёд под нами затрещал, и мы провалились. Странно было. Вроде бы мороз, а тут нате. Обошлось без потерь, но впредь шли мы значительно аккуратнее. Случалось, попадали в такие ситуации ещё, но теперь уже отскакивали как ошпаренные, парили надо льдом аки тибетские монахи, только начни он ломаться.



В какой-то момент наш поход превратился в сложнейшее зимнее восхождение на один из стометровиков Беларуси - гору Носова (южная вершина). Восхождение проходило в альпийском стиле, по классическому маршруту по южному гребню и сопровождалось крайне нестабильной снежно-лавинной обстановкой в районе. Однако мы, преодолев все трудности, в течение нескольких минут взгромоздились на вершину, где перекусили вершинной вафлей. Далее траверсировать массив Носова мы не стали, и, спустившись по восточной стене, продолжили путь.



Все дороги порядком замело. Иногда даже казалось, что рядом с дорогой идти проще. Колеи были полны рыхлого снега, выпавшего совсем недавно, а между ними и вокруг лежал плотный слой наста. Ну а мы всё же, хоть и не спеша, но продвигались вперёд.



Как дошли до очередного моста, так решили устраивать лагерь. Сил было уже не очень много, как и светлого времени. Палатку, в которой мы собирались ночевать, до этого дня никто из нас не ставил и даже не видел в собранном виде, потому хотелось подойти к этому вопросу во всеоружии.

Развели костёр, подготовили место под палатку, повалили дерево, распилили его на части. Поход вдвоём накладывает свои особенности. Тут сложно схалтурить, понадеяться, что товарищи справятся и без тебя. Никто не сменит тебя на пиле, никто не поможет поднести бревно.

Наконец принялись ставить палатку. Мучились долго. Я, наверное, ещё никогда так долго палатку не ставил. Пробовали и так и этак, пока Костя, в растерянности не возмутился, почему это у внутренней палатки кармашки для мелочей, снаружи. Так и догадались вывернуть её наизнанку. Всё стало на свои места, после чего мы собрали её мгновенно.



Палатка, по мнению производителя, имеет наименование «Минима», а в просторечии зовётся «Гробик». Забираться в неё следует только ногами вперёд и только соблюдая правило: последним заходит тот, кто спит у двери. Мы, всё же, по привычке пытались сунуться в неё головой вперёд, но каждый раз не в силах развернуться выбирались наружу. Под утро я понял ещё одну важную особенность палатки: она широка ровно на столько, что в ней двое могут спать на спине, а высоты её хватает только для того, чтобы спать на боку.

Не спеша забираться в «Гробик» сидели у костра и жгли все дрова, что принесли накануне. Даже не заморачивались на то, чтобы их пилить. У нас был костёр шириной метра два, и когда брёвно прогорало, мы просто двигали половинки глубже. А тем временем по дороге проехала машина и удалилась куда-то вглубь леса. Костя сварил отменный рис, по три порции на человека. За завтрак, обед и ужин. С тушёнкой и кукурузой. И съел. Я так не умею. Осилил только две. Да, надо тренироваться больше.

Машина вернулась из леса и тихонько прокралась к нам в тыл. Из машины выскочил дядька и, хрустя ветками, подбежал, явно пытаясь застать нас врасплох. И ведь почти получилось. Представился служителем какой-то государственной структуры, занимающейся охраной леса, и поинтересовался, что мы тут делаем. Мы ответили, что гуляем. Спросил, как долго мы тут. Костя ответил, что часа три, хотя мы были ещё дольше. Дядька недоверчиво проворчал, что они нас тут не видели, когда проезжали, на что Костя ответил, что, зато мы их видели. Явно, чтобы поддержать затухающую беседу дядька поинтересовался, не слышали ли мы выстрелов и не собираемся ли тут замёрзнуть. Выстрелов мы не слышали, и мёрзнуть в планах у нас не было, так что мы дали отрицательный ответ на оба вопроса. На том дядька и раскланялся, сел в джип и уехал по своим, лесным делам.

А мы ещё долго жгли дрова, пока они, в конце концов, не закончились. Пришлось ложиться спать. Ко сну готовились. Я даже одел толстые поларовые штаны, а Костя накинул на ноги свою пуховку. Многие утверждают, что пуховка, накинутая поверх спальника, согревает больше, чем одетая на себя. Сложно сказать, как оно на самом деле. У меня пуховка, накинутая на спальник, сползает к середине ночи и не греет вообще.

Подъём назначили на 8, но встали в половину. Костя вообще в семь уже хотел встать, но как-то перетерпел, подтянув пуховку с ног на туловище. У него, всё-таки спальник раза в два теплее, чем у меня.



Позавтракали колбасой, сэкономленной днём ранее и двинулись к распутью. Налево пойдёшь – почти 30 километров по более или менее приличным дорогам. Прямо пойдёшь – 10-12 километров преимущественно без дорог, зато с бродом. Это притом, что на дворе минимум десять градусов мороза. Направо пойдёшь – вообще никуда не придёшь. По моим расчетам проще всего было бы вернуться назад, но, откинув дурные мысли, пошли налево. Типа без выкрутасов.



Не успели мы пересечь границу между минской и гродненской областями, как на встречу к нам приехал джип. Из джипа вылез усатый дядька и представился сотрудником администрации заказника. Говорит, интересно ж, что у нас тут за такие люди бродят. Пожал обоим руку, поинтересовался, где мы ночевали и не замёрзли ли. Откуда идём. Спросил, не боимся ли вот так, вдвоём, зимой, волков ведь нынче много. Костя заметил, что кабанов тоже много.

Одного мы видели не за долго до встречи с дядькой. Он заметил нас, когда мы подошли уже почти вплотную. В прочем, мы тоже его только тогда и заметили. Я уж думал, на какое дерево прыгать, если он вздумает рвануть на нас.

Дядька был явно обрадован встрече, хвалил за то, что мы вот такие молодцы. Потом спросил, куда мы идём. Поцокал языком. Говорит, можете и не дойти. Предложил заночевать в деревушке на середине пути. Такой вот недоверчивый дядька.

Прошли и границу, и деревушку ту, пока опять не встретили джип с усатым дядькой на очередном объезде владений. Помахали ему рукой, и пошли обедать. В запасе, по нашим расчётам у нас было полчаса. Вскипятили чай, подточили колбасу. Удивительно, но баллон стал настолько холодным, что его нельзя было держать голой рукой. Достаточно было прикоснуться к нему, как он обжигал холодом, как будто тысячи маленьких иголочек впиваются в пальцы. Ну, дураков нет, держали в перчатках.



В какой-то момент дорогу нам перегородил разлив Березины. Он просто взял да и затопил дорогу метров на пятьдесят. Видно, что тут время от времени ездили машины – лёд не раз ломался и снова замерзал. Вроде бы уже схватился, но только мы на него ступили, как он закряхтел. Перемещались перебежками по одному. Очень пригодилась техника левитации, отработанная днём ранее. Словно тибетские монахи хватались жопой за воздух – так и перебрались. Здорово тут весной ездить, наверное.

Наконец, на горизонте показались деревни. Сперва Ягодцы, а сразу за ними Бакшты, в которые мы и держали путь. В Бакштах повстречали третьего человека за два дня. Поинтересовались, где тут остановка автобусов. Причём не простая, а так, чтобы в Минск отбыть. Человек пояснил, что раз на Минск, то лучше всего нам «п..дячить» на гродненскую трассу. Ну и много раз это повторил в разных вариациях. Тогда я подумал, что это какое-то провинциальное безкультурие – вот так разговаривать матом. Но делать было нечего, так что мы проследовали в указанном человеком направлении.



По дороге встретили магазин. Первое, что мне бросилось в глаза, ещё до того, как мы попали внутрь – наклейки свидетельствующая о том, что магазин принимает пластиковые карточки виза и мастеркард. Богом забытый продуктовый магазин на окраине Налибокской пущи принимает пластиковые карточки, а самый крупный горнолыжный центр Беларуси «Силичи» нет. Есть повод задуматься.

Продавщица рассказала, что единственная перспективная остановка - на трассе, и до неё порядка двух километров. Слова человека, встреченного ранее, переставали быть такими уж безкультурными.
Вышли из магазина, и подошли прочитать табличку на памятнике напротив. Смахнули с неё снег. Оказалось, в Бакштах во время войны в течение года находился штаб сопротивления, которое насчитывало около пяти тысяч человек. И не мудрено, рядом с пущей-то.

Только собрались уходить, как к нам подошёл ещё один мужчина. Со скупой слезой на щеке (без шуток) он рассказал, что следил за нами. Видел, как мы очистили памятную табличку, проявили уважение к памятнику, к людям, в честь которых он установлен. Сам он представился капитаном подводной лодки в отставке. Рассказал, что думал, будто страна наша потеряна, пока нас не увидал. Расспросил немного, как мы тут оказались, и вообще кто такие. Желал счастья, любви и здоровья. И главное, чтобы детей у нас было побольше, минимум по трое.

Пока шли дальше размышляли, какие крепкие эти бакштинцы, за два километра ходить на остановку. Дул пронизывающий ветер с секущим лицо снегом. На остановку мы пришли за двадцать минут до того, как там должен был появиться автобус. Однако, ни через двадцать, ни даже через тридцать минут автобуса не было. Более того, на остановке, которая, между прочим, называлась «Бакшты» в расписании никакого автобуса и не значилось, а двое местных парней стояли и голосовали, явно не рассчитывая ни на какие автобусы. Правда, через какое-то время к остановке подъехал автобус Лида-Минск, в который мы очень удачно и загрузились. Ещё и лучше получилось: автобус довёз нас до железнодорожного вокзала, что намного удачнее Юго-западного. Так и закончилось очередное путешествие.

  • 1
тряси с Носова ящик коньяку, чесслово)
молодцы вы, гулёны)

  • 1
?

Log in

No account? Create an account